Повестка заседания чрезвычайно актуальна. Глобальный кризис сильнее всего ударил по профилирующим отраслям округа, в том числе по промышленности Челябинской области, в которой доля металлургии составляет 63%.
Кризис заставил нас пересмотреть и усилить отдельные направления областной Стратегии 20/20. Её базовая идея – отказ от моно-отраслевой специфики, увеличение в структуре ВРП доли малого бизнеса до 32%, инновационной продукции до 17%.
Предусматривается довести ежегодный объем инвестиций до 756 млрд. рублей, провести полномасштабную модернизацию производства, создать локальные зоны опережающего развития, кардинально улучшить экологию.
Важные направления – нанотехнологии, оптика, ядерная и высокотехнологичная медицина. В Челябинске завершается строительство федерального центра кардиохирургии и центра позитронно-эмиссионной томографии.
В рамках областной Стратегии принята также новая, кластерная Схема размещения производственных сил, скорректирован вектор жилищной политики. От излишней урбанизации переходим к малоэтажному строительству и комплексному освоению территорий.
Базовые социальные показатели Стратегии – четырехкратный рост денежных доходов населения, увеличение средней продолжительности жизни.
В стратегическом развитии нужны мощные точки опоры. В этом смысле будем опираться на мегапроект «Урал Промышленный – Урал Полярный».

Его продвижению много сил отдал Петр Михайлович Латышев.

Реализация проекта решит проблему дефицита металлургического сырья. Даст реальную выгоду от поставок на Полярный Урал высокопроходимых машин, бульдозеров, металла, стройматериалов, цемента, продуктов питания.
Опыт стратегической работы помогает нам системно подойти и к выработке оперативных мер противодействия кризису. Нынешняя обстановка – не та, что было в 90-е годы. Область в разы увеличила объемы производства, инвестиций и налоговую базу, укрепила социальную сферу. Только в технологическое обновление производства вложено 280 млрд. рублей.
Однако, начиная с октября, чувствуется немалое напряжение во многих трудовых коллективах. Отдельные предприятия сократили в октябре-ноябре производство на 30, и даже 70% (на ММК остановлены 2 коксовые батареи, 4 из 8 доменных печей).
На следующий год общее падение производства может составить 15-20%. Инвестиции сократятся на четверть, расходы областного бюджета вынуждены уменьшить на треть (– 21 млрд. руб.).

Мы воспринимаем такой прогноз со всей серьезностью.

Область поддерживает комплекс антикризисных мер, принятых Вами, Дмитрий Анатольевич, и Правительством РФ. Важно, чтобы они оперативно выполнялись.
Область работает в эти месяцы в режиме антикризисного плана. Ведем точечную поддержку предприятий, строительных организаций. Создан дополнительный гарантийный фонд для поддержки малого и среднего бизнеса. Разработали конкретные меры по повышению занятости и защиты людей.
В декабре провели инвестиционный форум. Несмотря на немалые сегодняшние трудности, инвесторы продолжат начатые и готовы приступить к новым проектам. С повестки не снимается масштабный проект ММК и ЧТПЗ по производству толстостенного листа и труб большого диаметра для газовиков и нефтянников.
Сегодня же более миллиона тонн листа закупается за рубежом. Ввод этих двух мощных объектов, стоимостью 2 млрд. долларов, запланирован на 2009 год.
Особое значение сейчас имеет совершенствование межбюджетных отношений. Тем более что с октября большими темпами сокращаются поступления в бюджеты. Правительство РФ в плане поддержки региональных бюджетов передает дополнительные 0,5% прибыли и акцизы. Но это совершенно не решает проблемы выпадающих доходов по причине резкого уменьшения прибыли, снижения фонда оплаты труда и предложенных Правительством РФ ряда антикризисных мер.
В будущем году пострадают от отсутствия финансирования программа «Жилье», дорожное строительство, газификация, ремонт социальных объектов. Да и напряженно будет с выплатой зарплат бюджетникам и субсидий.

С целью поддержки региональных бюджетов прошу Вас, Дмитрий Анатольевич, дать поручение Правительству РФ проработать возможность передачи региональным бюджетам до 25% доли налога на добавленную стоимость.

Считаю, что в условиях кризиса строительство и коренная реконструкция дорожной и транспортной инфраструктуры должна стать базовой в экономической политике государства. Было бы чрезвычайно важно и полезно объявить и осуществить инфраструктурное десятилетие. Поставить цель обеспечить полную занятость высвобожденных работников предприятий и организаций.

Надеюсь, что принятая Правительством страны реконструкция трансконтинентальной магистрали «Запад - Восток» (дороги М-5) не будет отложена. И прошу Минфин и Минэкономразвитие согласиться с нашими предложениями по софинансированию строительства метро на условиях 50х50. При нынешних – 80х20, строить такой объект совершенно не реально.

Также предлагаю пересмотреть условия кредитования региональных банков ресурсами Центробанка. Именно через региональные банки эффективно кредитуется реальный сектор. Но они не входят в двадцатку кредитного пула Центробанка. Им практически малодоступны антикризисные интервенции государства.

Благодарю за внимание!

В федеральный список вошли как самостоятельные предприятия, так и предприятия входящие в состав холдингов и компаний. Среди них предприятия металлургической промышленности:
Магнитогорский металлургический комбинат,
Челябинский металлургический комбинат
Челябинский электрометаллургический комбинат,
Златоустовский металлургический завод,
Челябинский трубопрокатный завод,
Челябинский цинковый завод,
Kомбинат по производству никеля и кобальта в Верхнем Уфалее,
Kомбинат «Магнезит».

В реестр вошли электрогенерирующие компании:
Троицкая ГРЭС,
Южноуральская ГРЭС,
ТКГ-10.

Господдержку получат предприятия оборонного комплекса:
ФГУП "Государственный ракетный центр имени В.П. Макеева»,
Челябинский радиозавод «Полет»,
НПО «Электромашина»,
ФНПЦ «Станкомаш»,
ФГУП «Завод «Пластмасс»,
ФГУП «Сигнал»,
Акционерное общество «Радий»,
ОАО СКБ «Турбина»,
ОАО «Эталон».

Напомним, что по поручению председателя правительство России Владимира Путина специальная правительственная комиссия составила список стратегически важных предприятий, нуждающихся в экономической поддержке со стороны государства.
В реестр включены крупные предприятия с большой численностью сотрудников, градообразующие предприятия, компании, входящие в состав холдингов и промышленных групп. На данный момент в федеральный список включены 295 российских предприятий. И ближайшее время после утверждения реестра правительственная комиссия будет работать с каждым предприятием по составлению и реализации индивидуальной программы.
Как подчеркивает куратор комиссии - министр экономического развития Российской Федерации Эльвира Набиуллина - господдержка предприятий может оказываться разными способами:
это могут быть и госгарантии по кредитам,
Меры, связанные с субсидированием процентной ставки,
Поддержка государственным, региональным и муниципальным заказом,
Другие меры, которые будут вытекать из программы финансового оздоровления.

Сегодня мы имеем редкую возможность поговорить не о виртуальной, а о реальной политике. Когда историки займутся темой демонтажа интеллектуально убогой и социально опасной конструкции, получившей в России наименование «вертикали власти», 11 декабря 2008 года послужит отправной точкой в этой истории. В этот день губернатор Челябинской области Петр Сумин на совещании в Кургане предложил президенту РФ Дмитрию Медведеву радикально изменить межбюджетные отношения, отозвав в пользу регионов 25 процентов налога на добавленную стоимость и объявить на фоне жестокого кризиса «инфраструктурное десятилетие». Этот рискованный шаг губернатора на фоне трусливого «одобрямса» основной массой региональных «элит» неуклюжих антикризисных телодвижений федеральной власти заслуживает внимания и признания.
Глубоко сомневаюсь, что самому Петру Сумину придутся по нраву такие комплименты. Скорее наоборот и хорошо понятно - почему. Однако дело не в том, что кому-то понравится, а что нет. Речь об ответственности за регион, поставленный не только кризисом, но и политикой федерального центра на грань выживания уже в следующем году. Именно Сумин оказался на сегодня единственным уральским политиком, работающим и высказывающимся без оглядки на предвыборный пиар, кремлевскую челядь, карьерные соображения и перспективы личного бизнеса. Жаль, что для того, чтобы иметь право на политический поступок, у нас нужно как минимум прожить в большой политике столько, сколько прожил в ней Сумин, иметь его человеческий и политический потенциал и, что немаловажно, – стоять на пороге завершения политической карьеры. Все наши «перспективные политики» – те, «кому есть что терять», сегодня молчат в тряпочку и прячутся по углам. Где, спросите, наши ведущие «публичные политики» от партии власти – депутаты Госдумы Берестов и Лазарев, Панов и Морозов, Вяткин и Гришанков, Елисеев и Комаров? Давно ли слышали про их инициативы, предложения, про попытки «достучаться» до высшей власти, про то, что они реально защитили интересы хоть одного человека, «пробили» важный для области проект? А где братья их меньшие – депутаты ЗСО, набравшие в рот воды, а если и открывающие его, так лишь для того, чтобы мужественно высказаться на тему «вы себе не представляете, насколько правы наш президент и премьер»! Где наши многочисленные промышленно-предпринимательские союзы и ассоциации, годами талдычившие о «социальной ответственности» бизнеса и его партнерстве с властью? Не они ли сегодня без раздумий, при малейшей угрозе своим доходам, выбрасывают на улицу тысячи людей – какими бы фиговыми листками, вроде «сокращенной рабочей недели» это не прикрывалось? Кто из них предложил хоть то-то дельное или просто публично обнародовал перед лицом горячо любимой власти свою честную позицию, независимые, профессиональные оценки – а ведь это именно то, в чем более всего нуждается «запиарившая» сама себя до невменяемости власть? Где партия, на голосование за которую год назад сгоняли с заводов как раз тех, кого сегодня выбрасывают на улицу?
Никого нет, сцена пуста. Кризис стал моментом истины, показавшим цену нашей «властвующей элите»: ноль рублей, ноль копеек. В лучшем случае она судорожно спасает сейчас свои личные капиталы. Тем очевиднее сегодня значение инициатив губернатора, на них стоит остановиться подробнее, чтобы оценить по достоинству. Хотя бы потому, что больше оценивать нечего.

Видит Бог, автор никогда не был в числе поклонников нынешней областной власти, о чем там хорошо известно. Больше того, глубоко убежден по сей день, что администрация Вадима Соловьева была кадрово крепче, компактнее, мобильнее, там присутствовали философия реформ и дух команды, несмотря на всякие разные нюансы. Петр Сумин и его люди, пришедшие к власти в 1996 году на волне массовых невыплат пенсий и зарплат (напомню, что цена барреля нефти тогда колебалась вокруг 10 долларов) первые два года просто не знали, за что хвататься и занимались почти исключительно «распечатыванием первого конверта» - «вали все на предшественника». А потом пришел дефолт 98-го и начался рост. Все это время Сумину везло почти так же как Путину – рост экономик стран Запада и Китая плюс импортозамещение в результате девальвации тянули доходы выше и выше. В России этот праздник жизни не может не закончиться сначала полотнами Айвзовского, а затем – известной картиной Репина. Но вот именно когда «приплыли», в момент кризиса и дефицита доверия, воли и разума, становится ясно, кто чего стоит.

Именно Сумин, единственный во власти, без колебаний и лицемерия, без оглядки на мечущегося в сомнениях премьера, сразу назвал ситуацию «жесточайшим кризисом». Уже через неделю первые антикризисные предложения были в Москве (слишком рано – там еще не знали о кризисе!). Предложив 11 декабря по сути федеративную налоговую реформу, губернатор по-настоящему встал вровень с проблемой. Второе предложение Сумина – о необходимости «объявить и осуществить инфраструктурное десятилетие» – вообще приговор социально-экономической политике последних пяти-семи лет. Когда об этом говорит не президент, премьер или лидер правящей партии, а пожилой губернатор с весьма «нерыночным» бэкграундом, это следует переводить так: ребята, вы профукали и растащили время и деньги, которые можно и нужно было потратить на дороги, мосты и связь в России. Но еще не все потеряно: пустите хоть сейчас резервы не на свои компании и валютный рынок – займите людей строительством, дайте им деньги и шанс: это лучший способ противостояния кризису, мы все еще можем мобилизовать рассыпающуюся во взаимном недоверии страну. А настойчивая просьба к президенту направлять деньги антикризисных программ через региональные банки – это ли не выражение недоверия тем столичным кредитным учреждениям, во главе которых сплошь родные для федеральной власти лица? Одна беда: деньги через них до регионального бизнеса так и не прошли. Так бороться с кризисом – все равно, что носить воду в дырявом ведре: пока она в него льется, нормально. Но кран уже закрыли.
Все это не значит, что региональную власть не в чем упрекнуть. Там явно не хватает решительности и контроля в реализации заявленного, очень мало фактически сделанного в поддержке ипотеки и строительства – важнейших локомотивов развития и спроса. Компенсации процентных ставок по ипотечным кредитам, бесплатное выделение земли под застройку для ипотечных агентств, формирование госзаказа на строительство жилья, госгарантии по кредитам системообразующим застройщикам и т.п. – здесь слишком много слов и мало движении вперед.

А теперь о том, почему мы так пафосно говорим о предложении Сумина президенту Медведеву передать в регионы 25 процентов НДС?
Дело в том, что настоящим вопросом «жизни и смерти» российского государства (оно, как выяснилось, состоит не только из двух труб, Кремля, Белого дома и Челси, но еще и из регионов, населенных людьми) являются межбюджетные отношения. Ровно к 2008 году завершился переход к сверхцентрализованной, жестко управляемой из центра модели унитарного бюджетного устройства страны, в которой поставленные в полную финансовую зависимость от Центра власти регионов и органы местного самоуправления, лишенные собственных источников формирования доходной части бюджетов, превращены в придатки консолидированного бюджета и выполняют пассивную роль исполнителей бюджетных полномочий.
Перетягивание всех доходных источников в Центр позволило федеральной власти устанавливать доходы федерального бюджета на уровне расходов, передавая исполнение внутренних государственных обязательств на нижестоящие уровни бюджетов. По-ученому это называется передачей бюджетного дефицита на субфедеральный уровень (заранее прошу прощения у читателей за излишнюю наукообразность слога, но это тема диссертации автора и ему трудно преодолеть искушение выглядеть умнее, чем кажется).
Фактически перечень региональных налогов сократился с семи до трех, а местных – с пяти до двух: далеко не самых собираемых и весьма подверженных обрушению в случае экономического кризиса (именно таков налог на прибыль предприятий, системообразующий для регионального бюджета). В 1998 году норматив отчисления в бюджетные фонды регионов от главного налога – НДС – был сокращен с 25 до 15 процентов. А с 2001 года вся сумма НДС сосредоточена в федеральном бюджете. Одновременно были образованы аж шесть денежных фондов перераспределения средств между регионами.
При этом федеральные власти полностью отказались от принципа «расщепления» налогов, в результате чего регулирующие налоги были заменены дотационными формами межбюджетного регулирования. Это окончательно закрепило полную зависимость экономического развития регионов от федерального центра и лишило их стимулов к саморазвитию. Попутно заметим, что из 24 тысяч муниципалитетов России 98 процентов сейчас дотационны (даже Челябинск получает из вышестоящих бюджетов около трети своего бюджета), также в дотационные превратились за последний месяц и практически все субъекты федерации.

Сегодня, когда бюджетные расходы на 2009 год Челябинская область сокращает на треть (выпадает пока 21 миллиард рублей) из-за того, что уже в октябре-ноябре металлурги и машиностроители сократили производство от 30 до 70 процентов (стало быть, прибыли не будет – не будет и бюджетных поступлений), область, при сохранении нынешней системы межбюжетных отношений, может рассчитывать лишь на то, что в протянутую Москве ладошку что-нибудь упадет. Но там уже очередь: Абрамович, Дерипаска, Фридман, Авен, Аликперов – бедствующим олигархам не видно конца: насилу Исландию вытолкали. После этих занимать бессмысленно и потому надеяться не на кого. Насколько ситуация серьезна, большинство у нас просто еще не понимает, но когда губернатор говорит о том, что «в будущем году пострадают от отсутствия финансирования программа «Жилье», дорожное строительство, газификация, ремонт социальных объектов... да и напряженно будет с выплатой зарплат бюджетникам и субсидий» – это значит многое.
Предложение правительства в ТАКИХ условиях помочь регионам выделением им на следующий год дополнительных 0,5 процента (!) несобираемого налога на прибыль (которой нет уже сейчас) выглядит сущим издевательством – это все равно, что положить в протянутую руку нищего камень.
Именно в этих условиях Петр Сумин пошел на отчаянный шаг, вполне могущий стоить ему кресла. Он предложил власти вернуться в «допутинский» 1998 год, когда регионы получали 25 процентов НДС. Губернатор посягнул на святое, на краеугольный камень «вертикали власти» – систему откачки из регионов ресурсов с последующим их перераспределением в пользу тех, кто «хорошо себя ведет». Это – не экономическая инициатива, а политический шаг, возвращающий регионам важную часть их самостоятельности и начинающий демонтаж той гибельной для страны конструкции власти, когда доверие подменяется лояльностью, работа – пиаром, а послушный взяткодатель в руководящем кресле становится предпочтительней честного политика.
Не сомневаюсь, что кто-нибудь припомнит по этому случаю Сумину Южно-Уральскую республику – и это будет большой глупостью. Потому что именно попытка подмены сложных, но прочных федеративных конструкций вертикалями монопольной власти, на деле оборачивающимися вертикалями коррупции и расточительства, добивает бывшие империи. Замены все равно не выйдет – выйдет только иллюзия и самообман. Речь идет о принципиальном выборе общества и власти между давно умершей империей-зомби и полноценным федеративным проектом, способным оживить и модернизировать страну.

Выбор непростой. Приказывать легче, чем договариваться. Назначать проще, чем выбирать, думать сложнее, чем подчиняться. Получать приношения приятнее, чем адекватную информацию и жесткие требования. Спорить рискованней, чем поддакивать, хватая падающие со стола куски. Но только свобода дает шанс на достойную жизнь и уже потому она лучше несвободы – как верно подметил один молодой президент.
Губернатор Сумин, переживающий третий и последний кризис в своей политической жизни, сделал, наверное, самый важный личный выбор и может быть спокоен за свою репутацию. По тому, как отнесутся к его предложениям в Москве, мы узнаем, имеет ли смысл это слово там, а значит, прочтем и ближайшее будущее страны. Ведь сейчас все мы переживаем тот редкий и восхитительный момент, когда ценности, а не технологии решают все. Момент истины.